Размер:
A A A
Цвет: C C C
Изображения: Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта

Надежда Большакова рассказала в МАГУ о юбилее музея саамской литературы

  • 12 Декабря 2019
  • 486
Надежда Большакова рассказала в МАГУ о юбилее музея саамской литературы

Встреча с создателем «Музея саамской литературы и письменности имени Октябрины Вороновой» писательницей Надеждой Большаковой прошла в читальном зале библиотеки Мурманского арктического государственного университета. Она стала частью научно-практической конференции «XVIII Масловские чтения» не случайно. Виталий Семёнович Маслов, именем которого назван один из главных гуманитарных научных форумов Заполярья, был не только писателем, общественным деятелем, но и поддержкой, примером, вдохновителем для творческих северян, в том числе для Надежды Большаковой.

«ДАВАЙ-КА, ТЫ ОТКРОЕШЬ МУЗЕЙ»

В МАГУ Надежда Большакова — гость не редкий. Весной, к примеру, в стенах университета представляла новое уникальное издание — «Альманах саамской литературы». В этот раз, приехав на Масловские чтения, встретилась со студентами, чтобы рассказать о своем детище, которому в уходящем году исполнилось уже 25 лет.


«Надежду Павловну до конца узнать невозможно. Она каждый раз предстает в новом качестве. Была в университете и как художник, и как актриса, и как писатель. А теперь привезла презентацию своего музея. Знать о нём важно. Это уникальная коллекция, рассказывающая о литературе коренного малочисленного народа Севера — саами», — сказала, открывая встречу, кандидат филологических наук, доцент кафедры филологии и медиакоммуникаций МАГУ Виктория Бакула.

Сейчас у музея есть свой дом, фонды и возможность рассказывать о малознакомой для большинства людей части культуры коренных жителей Кольского Севера. А сначала было слово, точнее несколько слов, укладывающихся в короткую фразу.


«В 1993 году впервые попала на семинар писателей. Он проходил в Ловозере. Я писала сказки. Их печатали в районной газете „Ловозерская правда“. Кроме Владимира Смирнова, переводчика Октябрины Вороновой, никого из других участников еще не знала. Но была очарована всеми. Там познакомилась с Виктором Леонтьевичем Тимофеевым. Он-то мне и сказал потом: „У вас там Октябрина Воронова жила, давай-ка, ты откроешь музей“. Как это сделать я не имела ни малейшего представления. Но идея была брошена. Начала собирать книги, фотографии. Не боги горшки обжигают, постепенно стало получаться», — рассказывает Надежда Большакова.

Коллекция пополнялась медленно. 25 лет назад цифровизация еще не стала всеобъемлющей. Копии рукописей и то сделать было проблематично. 

«Но к 1994 году набралось не мало всяких экспонатов. Держать их дома было уже неудобно — места много занимали. Я решила выделить под музей комнату в общежитии, где работала заведующей. Это помещение 2 на 3 метра, по площади сравнимо с кухней в хрущевке», — вспоминает Надежда Большакова.


ПЕНЬКИ ИЗ ЛЕСХОЗА И СВЕТИЛЬНИКИ ПОДРУГИ

В мае 1995 года на День славянской письменности и саамского языка Виталий Семёнович Маслов, Владимир Александрович Смирнов и Виктор Степанович Воронин отправились смотреть новоиспеченный музей в общежитии.

«Кружились они спина к спине, а потом спрашивают: „А если мы к тебе класс приведём? Им по одному заходить?“. Это были 90-е. Денег не было. Виталий Семенович обратился за помощью к губернатору Комарову. Тот выделил 10 тыс. рублей. Сегодня это не деньги. А тогда в Ревде на эту сумму можно было трехкомнатную квартиру купить, что мы и сделали. Когда прежний хозяин выехал, Маслов мне позвонил: „Можешь идти, принимать“. А там даже лампочек нет! Где что брать? В лесхозе просила пеньки. Женщина из общежития отдала письменный стол. Подруга подарила три светильника. Так потихоньку музей стал обрастать имуществом», — улыбается Надежда Павловна.

Открытие музея было спонтанным. В феврале 1996-го Надежде Большаковой позвонили из мурманской гимназии, сказали, что привезут учеников. Первых экскурсантов — 40 детей — тогда пришлось рассадить на шкурах. В той квартире музей располагается по сей день, но экспонатов в нем стало значительно больше.


«Четыре года я работала в музее на общественных началах и заведовала общежитием. Потом по просьбе Виталия Семёновича Маслова мне выбили ставку в библиотеке», — рассказывает северянка.

В начале 2000-х музей посещало до пяти тысяч человек в год. Со всей области приезжали автобусы. Привозили одновременно по 40-50 гостей. Сейчас меньше — правила перевозки детей ужесточили. Поэтому Надежда Павловна сама отправляется в путь.

«В музее три комнаты. Первая — посвящена жизни и творчеству Октябрины Вороновой, — рассказывает Надежда Павловна. — Виктор Тимофеев мне как-то предлагал: „Давай создадим музей Вороновой“. Но у нас ведь есть и Антонова, и Галкина, и Бажанов, и другие саамские писатели, поэты. Поэтому я сделала музей имени Октябрины Вороновой, музей саамской литературы».


Значительная часть экспозиции отведена первой саамской поэтессе. К слову, о ней Надежда Большакова написала повесть «Октябрина». Работая над книгой через стихи пыталась понять человека. Когда произведение увидела дочь Вороновой, замечание было только одно — под фотографией дочери Елены стояло имя матери.

«Не ожидала, что они так похожи», — рассказывает Надежда Павловна.

«ВОТ ВАМ НОВЫЕ ДРУЗЬЯ, НЕ ОБИЖАЙТЕ»

«Вторая комната, самая большая, посвящена истории Ловозерья, саамской литературе, письменности. Есть саамский костюм — первый сарафан Антоновой Александры Андреевны. Она потрясающий человек, как говорил о ней Маслов — настоящая глыба — и писатель, и редактор саамских радиопередач, и ведущий, и журналист, и учитель. Для музея Антонова очень много сделала. Есть у нас сундук, которому более 100 лет. Есть и другие предметы, помогающие понять культуру саамов и те образы, которые саамские авторы используют в своих произведениях», — продолжает заочную экскурсию Надежда Большакова.

В третьей комнате можно увидеть, пожалуй, одну из самых неожиданных коллекций. Начиналась она с подарка из Швеции — 23 куклы в национальных костюмах, в том числе, норвежских саамов. Сейчас таких игрушек около 400.


«Есть уникальные, например, сделанные руками девочки из Снежногорска — в свадебных, повседневных, бабушкиных, праздничных одеждах поморов», — делится Надежда Большакова.

Пополнялась коллекция силами дарителей. Везли подарки со всего мира: из Таиланда, Индии, Египта... Получился музей в музее.

«К примеру, девушка приезжала к нам из Италии снимать фильм о саамах. На следующий год вернулась не с пустыми руками... Знаете, я, когда новых кукол приношу, всегда говорю: „Ребята, вот вам новые друзья, не обижайте, спрошу с вас“», — смеется Надежда Большакова.


Казалось бы, к чему в музее саамской литературы этот кукольный интернационал? С одной стороны, это своеобразный отчет, откуда, из каких уголков планеты приезжали сюда посетители. Швеция, Финляндия, Норвегия, Мексика, США, Новая Зеландия, Белоруссия, Украина, Казахстан и множество регионов России. С другой — демонстрация привлекательности разнообразия в мире. Саамская культура — часть общей картины. И закрепленную в слове, ее бережно хранят в трехкомнатной квартире заснеженной Ревды.

Для справки, по статистике ЮНЕСКО 96% языков на Земле — языки коренных малочисленных народов. Ими пользуется только 4% населения планеты. И эта цифра неуклонно уменьшается. Чтобы привлечь внимание к проблеме, уходящий 2019 год был объявлен ООН Международным годом языков коренных народов.

Наталья СМЕЛОВА

Поделитесь ссылкой